|
Если бы Марис переехал в Москву, мы все были бы рады и за него, и за себя...
— Так просто?
— Тебе бы больше понравилось, если бы я соврал? Ты видишь, я ничего от тебя не скрываю, мне хочется, чтобы ты мне доверяла, доверие — прекрасная основа для взаимопонимания.
— Я смотрю, у вас у всех принципы, у Мариса — чувство ответственности, у тебя — доверие.
— Что в этом плохого? Главное, чтобы была правда. Да, я не скрываю, я тоже хочу уехать из дома, теперь там вообще негде повернуться. Я уже не мальчик, мне двадцать шесть, пора заводить семью. Что плохого, что я приехал к тебе прямо и честно спросить тебя...
— Ты приехал к Ире.
— Мы с Ирой старые друзья, но ты знаешь, с детства я был неравнодушен к тебе. Разве я виноват, что ты рано вышла замуж и вся ваша семья души не чаяла в твоем Романе, разве я мог тогда подумать, что все так сложится?
— Нет, не мог. И сейчас тебе было бы лучше его не трогать.
— Вы все слишком любите сложности, любите ходить вокруг да около, вместо того чтобы сказать честно и прямо то, что думаешь.
— Честно и прямо — тебя интересую я или моя квартира?
— Ты. И квартира тоже. Люди не могут жить в безвоздушном пространстве, им нужен дом, еда, одежда, им нужно очень много. Что-то есть у тебя, что-то у меня. Ты красавица, умница, я буду гордиться тобой, я — хороший инженер, ты увидишь, я многого смогу добиться, да и так я недурен собой, разве я тебе совсем не нравлюсь?
— Ну что ты! Я от тебя в восторге. Если бы не Володя...
— Кто такой Володя?
— Еще один претендент.
— Вот как? Это что, шутка или серьезно?
— Если честно и прямо, то, конечно, шутка. Я не собираюсь замуж. Если бы такое со мной когда-нибудь случилось, я бы предпочла разговаривать со своим будущим мужем о чем-нибудь совсем другом, может быть — даже о любви, как бы это пи показалось тебе старомодно, а может быть, о чем-нибудь отвлеченном, все равно о чем, только не о прописке и не о начальном капитале.
|