|
— Напрасно ты к ней пошла,— сказала Вета, — что, ты
ее не знаешь?
 — Вот бы кого я своими руками задушила,— мечтала Зойка, — нисколько бы не пожалела.— Боюсь, она тебя раньше придушит.
— Тоже может быть. Перевестись, что ли, в другую школу?
— Трусишь?
— Нет,— заорала Зойка, — это вы все струсили, разбежались!
— Так это она выгнала...
— Все равно, сговаривались вместе, а осталась я одна, всегда так получается.
— А ты не лезь всюду,— сказала Света Петрова,— было нормальное собрание, а что теперь будет?
— Ладно, не ваше дело.— Зойка крутанула плечом и затопала по коридору одна, высокая, сильная, размашистая.
И снова загалдели, заметались девчонки, но уж ничего нельзя было исправить, а на Вете повисла довольная Лялька Шарапова.
— Так ей и надо, правда? — сказала она.
— Послушай, Лялька, — собралась с духом Вета,— отстань ты от меня. Что ты между нами лезешь?
— Я между вами не лезу,— сопротивлялась Лялька,— мы ведь дружим с тобой.
— Это ты со мной дружишь, а я с тобой — нет, понятно?
— Вета, как ты можешь? — заморгала Лялька.— 1ебе самой потом стыдно будет!— Ну и пусть, — сказала Бота, — зато правда.
Ах, как ей хотелось догнать Зойку, но поздно было, пропущена была минута. Она выбежала на улицу, пальто на руке. Зойки, конечно, не было. Но как хорошо было кругом! Тепло, солнце припекало, и желтая прошлогодняя вялая трава ожила, зеленела, и снега совсем уже не было во дворе. И сразу все она забыла. Ей хотелось лететь, бежать, скакать. Лето скоро, лето!
Очень сложные складывались у Зои отношения с Бетой Логачевой: дружба не дружба, соперничество не соперничество, не поймешь, но если на кого и злилась Зоя всерьез, так это на Бету. Злилась и сама не понимала, чем же она ее так бесила, Вета. Вот, например, эта последняя дурацкая история с директрисой, в которую влипла Зоя. Почему так всегда выходило, что она оказывалась в самом центре событий, она одна стремилась доказать, довести мысль до конца, доделать, если задумала, а не получится — так сама за себя отвечать. А Ветка словно и не заметила ничего, для нее это была буря в стакане воды. Если бы она трусила, как некоторые другие, или против была, все было бы понятнее. Новый текст
|
